Об авторе

Поиск по сайту:

GUI.ruЧеловек и компьютер

Война миров: Как примирить их?

Иван Дегтяренко
06.02.2006Иван Дегтяренко

Комментариев:

2

Теория деятельности и HCI [Часть 1]

Когда в юзабилити-среде говорят о психологии, обычно подразумевают когнитивную психологию. В любом англоязычном руководстве по HCI или юзабилити одна из первых глав — более или менее объемное введение в психологию познавательных процессов, описание ограничений, накладываемых психологией пользователя на интерфейс (объем кратковременной памяти, факторы, влияющие на восприятие и т.п.). Вопрос: сколько раз вы пользовались этими знаниями при проектировании интерфейса? Находили ли вы в упомянутых выше книгах связь между теорией и практикой? Обычно эти знания лишь позволяют дать теоретическую интерпретацию эмпирически полученным «гайдлайнам». То же магическое число 7±2 может быть получено просто в ходе юзабилити-тестирований, а помимо него на слуху в общем-то почти ничего и нет. Когнитивные психологи, заявившие при появлении HCI, что они со своей информационной моделью психики уже почти все знают о работе человека с компьютером, постарались втиснуть всю эту проблематику в основные закономерности познавательных процессов. Такой содержательный кризис области был описан Whiteside и Wixon еще в 1987 году. По сути, вклад когнитивной психологии в usability-практику ограничился экспериментальным методом, глубоко проработанным и отработанным в американской бихевиористско-когнитивной традиции.

Многие исследователи стали искать подходы, которые позволят использовать теорию как инструмент в решении практических задач и преодолеть разрыв между теорией и практикой. В целом, все эти подходы можно определить одной главной характеристикой — исследование контекста. Многие исследователи разных школ стали осознавать, что разрыв между теорией и практикой возникает из-за того, что исследователи-теоретики забыли о связи интерфейса со всей окружающей его ситуацией, с контекстом взаимодействия человека с компьютером.

В это время все вспомнили о междисциплинарном статусе HCI, и в ряд родительских наук для HCI вошла этнография (Monk et al., 1993). Представители этнографии «внедрялись» в различные народности и проживали там довольно продолжительное время, изучая их культуру, обычаи, верования и т.д. Тем самым, они вносили и большой вклад в психологию, их данные, например, позволяли судить об историческом развитии мышления и речи. Этнографы предложили исследовать фирмы, для которых разрабатываются системы, аналогично туземным племенам: собирать данные об используемых в работе артефактах, изучать особенности коммуникации и взаимодействия.

Такой подход имеет ряд недостатков, о которых будет сказано ниже, но он несет в себе основные черты «новых» подходов: изучение широкого контекста трудовой практики, проведение полевых исследований (Этнография — лишь один из возможных теоретических подходов в проведении полевых исследований), «естественных» экспериментов. Однако этнографический подход очень неэкономен. Такое исследование очень продолжительно, в нем не выделяются те аспекты контекста, которые в первую очередь задают деятельность пользователей, но главное: такие исследование не имеют строгой системы категорий, терминология в них в основном изобретается «здесь и сейчас».

Другой предложенный подход — социологический, предполагает исследовать социальные группы, в которые входит пользователь. Однако социология изначально нацелена на исследование личности как представителя группы, а не как субъекта деятельности, а значит, такой взгляд на контекст заведомо ограничен. В рамках социологии существует множество подходов, в HCI использовались такие как символический интеракционизм (Андреева и др., 1978), actor-network theory (Engeström & Escalante 1996).

Наиболее перспективным из предложенных подходов является деятельностный подход. Деятельностный подход обладает строгим понятийным аппаратом, который позволяет описать реальную рабочую практику и те аспекты социально-культурного контекста, которые реально задают деятельность человека. В рамках этого подхода изучаются не познавательные процессы, «повисшие в воздухе», а социально значимая деятельность человека. В рамках деятельностного подхода рассматривается не взаимодействие человека с компьютером, а человеческая деятельность, опосредствуемая компьютером. Компьютер здесь рассматривается как инструмент. Подробно о приложении теории деятельности в HCI можно прочитать в сборнике статей «Context and Consciousness» (1996). В недавней русскоязычной литературе об этом говорится в курсовой работе автора (PDF 407K) и в диссертации Е. Е. Сугак (2005) (автореферат MSWord 163K).

Также стоит упомянуть то, что понятие контекста стало широко употребляться различными «гуру» в области юзабилити-практики — вспомним Купера и contextual design. А Дональд Норман в скандальной статье 2005 года вообще заявил о разработке собственного варианта теории деятельности (Так и написал: «My own brand of Activity Theory») и смене парадигмы user-centered design на activity-centered design.

Продолжение следует. В следующей части мы расскажем о том, что такое теория деятельности и что она может дать HCI.

Дегтяренко Иван, UIDesign Group.

Комментарии (2)

RSS feed for comments on this post | TrackBack URI

1

Как скоро можно ожидать продолжение статьи?

2

[…] P.S. Рекомендую также ознакомиться со статьей Ивана Дегтяренко на тему теории деятельности. Надеюсь, он вскоре напишет продолжение, как и собирался. […]

Оставить комментарий